Свежее ночное небо озарилось яркой вспышкой фейерверка, поглощающего всю ту темноту, которую оставил ленивый солнечный луч. Старые дымные остатки фейерверка заменялись новыми, освещались и пылали по ветру непоколебимым огнём. На небе не было ни одного облачка. Внезапная сухость ветра сменила прохладную свежесть вчерашнего дождя. Окрасившись в тёмное, деревья запоминали каждое волнение толпы. Был праздник.
Все начали расходится по домам, фейерверки ушли в пустоту и я потихоньку пошёл домой.
Дома я попил чаю и начал готовится ко сну, как вдруг, послышался телефонный звонок. Я неохотно поднял трубку, услышал в ней усталый женский голос, казалось манящий куда-то в далёкие края... Голос казался знакомым, но я не мог вспомнить имя, всё гадал своим по-детски наивным вопросом... Голос в трубке с иронией назвался Александрой. Вскоре из разговора выяснилось, что незнакомка очень хорошо меня знает. Знает всё: моё имя, цвет волос и глаз, мои любимые книги, знает мой характер и многое другое, сокровенное...
Голос был настойчивым и безумным, порою я даже не понимал его интонации. Среди смеха я чувствовал какую-то странную грусть...
Знакомство переходило в интерес. Александра предложила приехать к ней. Я неохотно согласился и положил трубку. Привел себя в порядок.
По дороге я заехал в дорогой магазин. Купил дорогое шампанское, конфеты и очаровательные цветы. Ах, какие это были цветы! Казалось, что ни у кого и нигде нет таких цветов, казалось, что ни у кого таких цветов не будет никогда!
Я долго не мог найти её дома, а адрес чертовски молчал и смотрел на меня своим синим отливом. Я пользовался описаниями таинственного голоса Александры. После долгих и мучительных поисков я нашёл домик, который искал. Он поражал своей простотой.
Я подошел к двери и увидел, что она нагло приоткрыта. Забравшись в темноту дома я услышал тихий призыв:
— Я здесь, идите сюда...
— Это вы Александра? — неуверенно сказал я.
— Да, ну чего же вы боитесь? — тихонько сказала она смеясь. — Идите сюда, я не кусаюсь... садитесь...
Медленно и осторожно, боясь споткнуться, я подошел к дивану и сел.
— Как-то странно, — сказала она. — я позвонила, а вот вы пришли, странно...
— Да уж, странно, — не находя ничего подходящего, сказал я. — но эту странность, я надеюсь, мы сейчас разбавим.
Я поднес даме подарки и был пленен её простотой.
— Чего же это мы в темноте? — задумчиво сказала она. — включите свет.
Я каким-то чутьем нашёл выключатель и неловко разжёг огонь, который в мгновение ока заполнил всю небольшую комнатку.
Александра была по-молодому красивой, по-взрослому статной женщиной. На окрашенные платьем чёрные плечи сливались пышные кудрявые, не менее чёрные волосы. Приятная белизна кожи, глубокая пелена зелёных глаз, казавшихся изумрудами, заставляла вздрагивать при взгляде в них. По-детски маленький носик, алые губки, пылающие огнём, наводили на мысль о вечном. Мы медленно, с наслаждением, распили шампанское. Аромат роз захватил комнату приятной сладостью, даже воздух, кажется, розовел от него... После нескольких минут молчания и неосторожных взглядов глаза в глаза раздался оглушительный и в тоже время тихих возглас...
— Какой же вы неопытный...
Захваченный неловкостью я смотрел на неё.
— Перестаньте, — сказала она смеясь. — я знаю о вас всё.
— Зачем же вы позвонили мне?
— Зачем? ... Мне было одиноко, скучно ... Знаете, мне в последнее время часто становится скучно ... Я уезжала во Францию и скучала ... скучала о вас...
— Обо мне? — с глупым моим видом прозвучал вопрос.
— Да, о вас ... понимаете я знаю вас очень давно, с тех пор, как вам было восемнадцать, — говорила она задерживая дыхание. — И вот теперь ... я не могу больше ... я не могу так больше, — чуть не плача говорила она мне. — нужно закончить эти мучения ... закончить ... вы меня понимаете?
— Нет, я вас не понимаю! — нерешительной растерянностью сказал я. — Всё это время вы следили за мной, изучали меня, — прерывался я. — а теперь с полной колодой козырей решили поиграть со мной?
— Ну что вы ... что вы ... что вы такое говорите? — заикаясь от удивления или от огорчения продолжала она. — вы меня не поняли ... Мне нужно только одно, чтобы вы ... знали обо мне ... знали что вы мне нужны ... Мне нужно общение с вами ... недолгое, хотя бы с недельку ... не многого я от вас добиваюсь , только общение и ничего более ... простое человеческое, дружеское общение...
Я молчал, глядя в пол.
— Я не молода, — продолжала она. — вы же молоды ... я вам не нужна, но вот вы ... вот вы нужны мне ... я страдаю и не знаю как поступить ... я надеюсь, что всё пройдёт после этого...
Она прослезилась, накинула на себя шаль, и вышла из одинокого дома. Внезапно я захотел остановить её, но не посмел. Это пройдёт — думал я — пройдёт и не нужна никакая неделька. Я сидел и терзал себя странными мыслями, которые не приходили ко мне никогда больше. Мне стало жалко её, жалко её красивые глаза, её нежные руки. Меня потянуло на улицу, я не мог сидеть в этом домике, мысли терзали меня, я вышел. Я увидел её сидящей на качелях, и задумчиво глядящей в дальний тёмный горизонт. Я подсел к ней. Она охотно потеснилась, не проронив ни звука. Мы долго сидели, продолжая свои мучительные размышления...
Она положила голову на моё плечо и вскоре заснула. Я сидел, храня её покой, и наблюдал за звёздами. Немного отдохнув она проснулась и смущённо посмотрела на меня и ровно села, казалось, что она превратилась в непреступную крепость. Мы долго смотрели в даль, наблюдая накопление красной энергии солнца. Вдруг солнце выплеснуло свой пологий угол из-за горизонта и заставило нас смотреть на него. Оно прорезало землю местами, там, где были маленькие озерки и речушки. Солнце прорывалось сквозь землю магической маской обмана. Мы сидели молча и смотрели в даль, пока солнце не стало печь своей полуденной мощью...